– Как будто ребенок плачет, даже жалостней, – заметила шлюха.

– Это слишком тяжело, я ухожу отсюда.

– To hell with this cat

– Where can we sip some cognac?..

– Ты и так перебрал, – проворчала девица. – Вы тоже несносны… Пошли, не могу больше слышать этого кота.

– О! – возмутилась прислуга из бистро. – Вы могли бы немного помочь этим господам!..

– Я бы с удовольствием! – сказала шлюха, разрыдавшись.

– Эй, потише вы там, наверху, – повторил кот. – И поторопитесь, не то я простужусь…

С противоположной стороны улицы подошел человек без шляпы, без галстука, в тапочках. Видно, вышел покурить перед сном.

– В чем дело, госпожа Пьешь? – обратился он к одной из женщин, по всей видимости консьержке.

– Бедный котик, его, видно, мальчишки сбросили в эту канаву, – вмешалась кошатница. – Ох уж эти мальчишки! Будь моя воля, я бы всех их отправила в исправительные дома до совершеннолетия.

– Петухов бы туда отправить, – откликнулся кот. – Мальчишки хоть не орут весь день напролет под тем предлогом, что, может быть, взойдет солнце…

– Я сбегаю домой, – сказал человек в тапочках. – У меня есть одна штука, которая поможет вытащить его оттуда… Подождите минутку.

– Надеюсь, он не шутит, – сказал кот. – Я начинаю понимать, почему в сточных канавах всегда застаивается вода. Попасть сюда легко, а вот обратный маневр чуточку сложнее.

– Не знаю, что и придумать, – сказал Петер Нья. – До вас никак не доберешься, уж очень место неудобное.

– Сам знаю, – ответил кот, – если бы я мог, то вылез бы и без вашей помощи.

Приближался еще один американец. Он твердо держался на ногах. Петер Нья объяснил ему, что происходит.

– Can I help you?

– Lend me your flash-light, please

– Oh! Yeah!..

Петер Нья снова лег на живот, и ему удалось краем глаза увидеть кота. Тот воскликнул:

– Вот, вот, посветите мне этой штуковиной… Похоже, что так что-нибудь выйдет. Она что, америкашкина?